Новости
Танка-живопись
История
Учителя
Ученики
Иконография
Галерея
Интернет
Ретриты
Литература
Курсы
Этапы обучения
Журнал

gardri @ mail.ru
ЖУРНАЛ

I. Видеоинтервью с Тарфеном Лингцангом, сыном Гега-ламы
II. О тибетском мастере Наванге Дордже (из воспоминаний художницы Ларисы Рожновой)
III. Интервью с художником Андреем Савченко
IV.
Статья немецкой художницы Бруни Файст-Крамер
V. Об Арт-школе Церинг при монастыре Шечен в Катманду, Непал
VI. Спецвыпуск журнала «Третьяковская галерея», посвященный искусству буддизма, 2015

VII. Ступа, возведённая Гега-ламой в тибетском поселении Лингцанг (Мандувала, Индия)

VIII. О переиздании в 2014 году книги Гега-ламы Principles of Tibetan Art его сыном
IX. Вышла в свет книга Кончога Лхадипы The Art of Awakening new!
 
В этом разделе нашего сайта вы можете ознакомиться с разнообразными материалами — интервью, воспоминаниями  людей, так или иначе связанных с Марианной ван дер Хорст-Лем или традиций тханка-живописи гадри.

I. Видеоинтервью с Тарфеном Лингцангом, сыном Гега-ламы
21 июня 2009 г., Амстердам, выставка «Tibet Art Now»
Тарфен Лингцанг, сын Гега-ламы, родился в 1973 году. В детстве он не интересовался тханка-живописью, только в 18 лет стал заниматься с отцом, изучать пропорции, помогать в мастерской. В 1999 году Тарфен женился на голландской художнице Лакшми Франсен, которая была ученицей Гега-ламы с 1989 года. Сейчас Тарфен с супругой и двумя сыновьями живет в Амстердаме и регулярно проводит обучающие курсы для европейцев, в частности в Бельгии, в местечке Уй (Huy), где когда-то преподавал и его отец. Тарфеном разработан свой собственный стиль живописи, в котором традиционные образы обрамляются декором в духе европейского модерна.
На выставке современного тибетского искусства экспонировались работы Тарфена — 21 Тара традиции Сурьягупты. Тарфен, отвечая на вопросы, сказал, что каждый тибетец с детства имеет связь с Тарой — защитницей Тибета в женской форме, что написание одной из таких фигур требует более месяца, а также, касаясь различий в тханка-живописи, отметил, что более значимы различия между самими стилями, школами, нежели чем между живописью мастеров Тибета и живущих вне его.

Смотреть интервью с Тарфеном на YouTube

21 Тара линии пандиты Сурьягупты, на Picassa
А также видеолекция Тарфенна «Как рисовать Тару» на YouTube
Сайт Тарфена Лингцанга, посвященный карма-гадри 


II.О тибетском мастере Наванге Дордже
Из воспоминаний художницы Ларисы Рожновой

Лариса Рожнова, петербургская художница, в 1996-2000 гг. обучалась в Индии у Наванга Дордже. Лариса в 1994 году была на курсе Марианны ван дер Хорст-Лем под Петербургом, в дальнейшем неоднократно помогала в проведении ретритов в качестве личного переводчика Марианны. (Записано в 2005 г., СПб.)

НАВАНГ ДОРДЖЕ (1932–2004) — тибетский художник, мастер-наставник школы тханка-живописи Paiting in Gompa style — государственной школы штата Химачал Прадеш для народностей Гималайского региона Индии.
Он родился в 1932 г. в деревне в 15 километрах от Лхасы («позади Поталы») и с 6-летнего возраста обучался в гелугпинском монастыре Кунделинг («напротив Поталы»). С девяти лет начал учиться рисовать, и первый год рисовал только голову Будды, в 21 год начал работать самостоятельно. Вместе с другом-лекарем отправился в Индию и осел в гималайском регионе (долина Куллу, Манали). Его друг вскоре умер. Наванг Дордже не был беженцем, а обосновался в Индии еще до китайской оккупации Тибета и имел индийское гражданство. На протяжении многих лет он вел занятия в школе живописи, куда съезжались ученики со всего региона. Он называл свой стиль «гадри» (не карма-гадри, а просто гадри), и в этом стиле писал тханки, расписывал окрестные храмы и др. Так, им были написаны 12 тханок большого размера (он называл «полного» размера): это 12 главных событий из жизни Будды Шакьямуни. Все тханки были выкуплены японской художественной галереей, общее представление об этих шедеврах, к сожалению весьма бледное, можно получить по открыткам, напечатанным в Индии в 1990-е гг.

Также Ляля (Лариса) рассказала, что когда они с Андреем [Савченко] приехали к Навангу Дордже в 1996 году,  Наванг Дордже начал учить их с нуля, т.е. с головы Будды. Они рисовали острыми палочками на дощечках, покрытых темным восковым слоем и присыпанных мукой. Если что-то было неверно, учитель подходил и мешочком с мукой всё это «затыкивал». Так что, в итоге, после нескольких лет обучения у них ни одного рисунка не было. Учителя они между собой ласково называли «дедушкой» (кстати, полировать холст стаканом тоже научил их дедушка). По истечении третьего года Наванг Дордже предложил Андрею участвовать в росписи храма Дуджома Римпоче на озере Падмасамбхавы, с оплатой 3,5 долл. в день, и они расписывали храм до июня 2000 года. Работа была завершена в 2001-м — это последняя завершенная работа учителя. Еще Наванг Дордже получил большой заказ американского римпоче — 21 тханку с джатаками (за 35 тыс. долл.), тханки большого размера, и это была работа не на один год. При выполнении таких объемных работ учитель обычно осуществлял общее руководство, писал лицо, руки, орнаменты. Наванг Дордже предложил Андрею участвовать на равных, однако Андрей отказался и уехал во Владивосток. Позднее, когда Лариса приезжала к учителю в конце мая 2003 года, он писал примерно 7-ю по счету тханку. Затем, в июне-июле 2004-го она застала его уже тяжело больным — рак, жена кормила его с ложечки. В августе 2004 года Наванг Дордже скончался. Его кремировали в ньингмапинском монастыре Дуджома Римпоче на священном озере Падмасамбхавы, что является высокой честью и признанием.
У Наванга Дордже была семья, взрослые дети. Он носил шляпу с зелеными полями, как в Западном (?) Тибете. С Ларисой у него установились очень теплые, дружеские отношения. Бывало, он доставал свою любимую книгу — атлас мира — и они вместе рассматривали страны и города, он рассказывал, где был, и Ляля тоже, обсуждали людей, обычаи и пр.

Посмотреть работы Наванга Дородже на Picassa
Сайт Ларисы Рожновой

К началу


III. Интервью с художником Андреем Савченко
12.11.2010 

Андрей Витальевич Савченко родился в 1965 г. в Магадане. В 1982 г. встретился с буддийской традицией в Бурятии, первыми учителями были лама Дарма Доди и лама Жимба Жамсо. С ламой Жимба Жамсо и начал изучение танка-живописи. В 1996–2000 гг. обучался у известного тибетского художника Наванга Дордже в Манали (Индия). Принимал участие в работах по росписи тибетских монастырей на Цо Пема и в Манали. В настоящее время живет и работает во Владивостоке.
В
1994 г. Андрей участвовал в курсе Марианны, проходившем под Петербургом в Громово.

Расскажите, пожалуйста, о своих Учителях.

А.С.: В 1982 году я впервые встретился с буддийской традицией в Бурятии, а именно с ламой Дарма Доди и ламой Жимба Жамсо.

Были ли у вас проблемы в связи с этим, ведь это были времена господства атеистической идеологии?

А.С.: Да, пришлось испытать давление со стороны общества, семьи, когда обнаружился этот мой интерес. Но, к счастью, это были уже «вегетарианские» времена, — вскоре случилась перестройка, которая принесла свободу. Сейчас эту свободу мы воспринимаем как само собой разумеющееся, но было и по-другому в истории нашей страны. Например, ламы Дарма Доди и Жимба Жамсо чудом выжили в сталинских лагерях на Колыме, где провели длительные сроки по 12–14 лет.

Как возник ваш интерес к живописи танка?

А.С.: Одновременно с интересом к буддийскому Учению, я обратился к ламе Жимба Жамсо с просьбой учить живописи танка, но он отказал мне, сославшись, что уже стар.

Как же вы учились?

А.С.: Это не было последовательным обучением в традиционном смысле этого слова. Я делал рисунки, копии каких-то работ, привозил и показывал их ламе. Он же давал мне какие-то советы и делал исправления.

А впоследствии вам удалось получить традиционное образование?

А.С.: Да, это стало возможным в Индии.

Где и у кого вы учились там?

А.С.: В городе Манали, штат Химачал Прадеш, находилась школа живописи танка для жителей гималайского региона Индии, таких как Спити, Кинор, Лахул, Занскар. Школа содержалась правительством штата Химачал Прадеш. А учителем был знаменитый художник Наванг Дордже.

Расскажите, пожалуйста, о нем.

А.С.: Наванг Дордже родился в 1932 году в Центральном Тибете. С детского возраста воспитывался и учился в монастыре Кун Де Линг недалеко от Лхасы. В 50-х годах, еще до вторжения в Тибет китайских коммунистов, он со своим другом Амчи отправился в паломничество в Непал и Индию. Оставшись в Индии, жил и работал в долине Кулу, в месте, известном сейчас как город Манали. Однако он не был тибетским беженцем, а получил индийское гражданство. Долгое время возглавлял школу живописи танка, за более чем 40 лет подготовил много хороших художников. Под его руководством выполнены настенные росписи во многих буддийских храмах и монастырях этого региона. У Учителя была семья и он своими руками построил дом. Хотя он и снискал чрезвычайное уважение и знаменитость в обществе, как индийском, так и тибетском, он всегда был скромным, доброжелательным и простым человеком.

Каков был процесс обучения в этой школе?

А.С.: Традиционным. Независимо от того, учился ты раньше чему-то или нет, обучение ведется с самого начала. Программа рисунка — это несколько десятков изображений различных классов божеств. Выполнить каждый нужно таким образом, чтобы к нему не было никаких претензий. Выполняется он последовательно, т.е. не закончив и не сдав рисунок — не переходят к следующему.

Сколько на это уходит времени?

А.С.: Вообще, это три года... но у всех выходит по-разному, в зависимости от способностей. У меня это заняло время с 1996 по 1999 годы.

Трудности в обучении были?

А.С.: Основной сложностью было получение длительной индийской визы. Приходилось выезжать в Непал или возвращаться назад в Россию, чтобы получить новую.

Что самое главное в работе художника?

А.С.: Во-первых, намерение и отношение к работе, свободное от тщеславия, высокомерия, жадности и стяжательства. Во-вторых, это точное знание предмета работы, безупречный пропорциональный рисунок, прилежность и добросовестность в исполнении.

Посмотреть работы Андрея Савченко на Picasa

К началу


IV. «Почему и на Западе рисуют тханки?»
Статья немецкой художницы Бруни Файст-Крамер, 2007 г.
Бруни Файст-Крамер училась тханка-живописи у Гега-ламы на курсах в Бельгии. Вместе с Марианной ван дер Хорст-Лем они выполняли настенную роспись в Дхарма-центре в Копенгагене — «Колесо бытия». В начале 1990-х, когда русские буддисты попросили ламу Оле Нидала «прислать им учителя» тханка-живописи, лама Оле обратился к Бруни, но та отказалась. [Согласилась приехать Марианна ван дер Хорст-Лем, — и в 1993 году в Россию наконец приехал наша столь долгожданная Учительница...]

Бруни Файст-Крамер: Я немного знакома с некоторыми художниками, живущими на Западе и занимающимися изображением Будд. Американцы, англичане, французы, голландцы, русские, немцы, — все они учились рисовать у тибетских мастеров и разделяют полученные знания и умения только с собственными учениками. Конечно, художников тханок значительно больше, потому что везде, где распространяется Учение Будды, присутствует интерес к Дхарма-живописи. За последние десять лет я преподала основы изображения Будд почти восьмидесяти ученикам, в большинстве своем молодежи.

Многие приходили, считая, что Будду можно «посадить» на полотно инстинктивно, легкой рукой и с беспечным умом, или, что изображение Будды подобно художественной терапии используется в качестве громоотвода. Другие с помощью буддийской практики уже осознали, что Дхарма-живопись больше похожа на дисциплину, и что на первом месте стоят не собственные идеи и художественная свобода, а разъяснение иконографических и иконометрических правил. Конечно, необходима и художественная одаренность. Но ведь и европейский стиль живописи развивается только при условии того, что собственные идеи подчиняются его основным требованиям.

Неужели это нравиться свободолюбивым индивидуумам Запада? Примечательно уже то, на сколько мои ученики с готовностью и радостью утруждают себя ради одного хорошего и живого изображения Будды. Для этого должна быть какие-то основания!

Для начала я сама попыталась ответить на вопрос, почему решила заниматься направлением в искусстве, которое принадлежало тогда еще совершенно чужой для меня религии, и имевшим так мало общего с моей учебой в академии художеств. Я решила изучать и практиковать тибетский буддизм, потому что, медитируя, получила некоторый позитивный опыт. Изображения Будд меня еще совсем не трогали. Сначала было чистое любопытство к чему-то новому, к другому искусству, которое привело меня к критическому рассмотрению тханок. Мое предубеждение новичка о том, что здесь просто один художник копировал другого, при более пристальном рассмотрении не подтвердилось. В чем же дело?

Тогда мне в руки и попало объявление о курсе рисования тханок. Один тибетский мастер школы Карма Гардри, Лама Гега, приезжал в Бельгию. Я упаковала принадлежности для рисования и отправилась туда. Следующим шагом я должна была все мои представления поставить в угол вместе с изобразительным материалом, потому что теперь это называлось: рисовать, рисовать пока не сточится карандаш. «Мы, тибетцы, — говорил Мастер, — должны были рисовать на протяжении многих лет до тех пор, пока не овладеем соотношениями размеров всех Будда-форм. Будды имеют идеальные размеры, и художник должен их прочувствовать. Одно неправильно или плохо нарисованное изображение Будды может иметь нежелательные последствия как для художника, так и для медитирующего, потому что недостатки запечатлеваются на подсознательном уровне. У вас есть хорошая предпосылка учиться быстрее, ведь вы здесь так долго ходили в школу».

Нас было трое, а иногда и больше, учащихся и рисующих каждый день до поздней ночи. В неудовлетворительно прописанных изображениях мы обнаруживали наши собственные физические и умственные недостатки и слабости. Это побуждало точнее их рассмотреть и улучшить наши навыки. Удивительно дело, эта деятельность давала множество радости и энергии, и со временем становилось все яснее, что Дхарма-живопись является не самоцелью, а наоборот, всегда служит Учению Будды. Это Учение не смеет другого смысла, кроме как показать людям путь к их собственному совершенству.

Не всех, кто хотел рисовать Будду, эти требования воодушевили. Некоторые осознавали, что это занятие им не подходит, и исчезали из поля зрения. Немногие оставшиеся, в их числе мы с моей подругой из Голландии, продолжали учиться у Мастера и в конце получиали разрешение учить.

Опыт моих курсов тоже показал, что остаются немногие. Но каждый начинающий получает из короткого обучения тройную пользу: теперь он не купит на рынке искусств тханку, выполненную пренебрегая правилами; его визуализация при медитации на Будда-форму станет яснее; художественная работа над изображением Будды способствует его радостному и уравновешенному состоянию ума.

Я спросила своих учеников, что их подвигло учиться рисованию тханок.

Б. сказал: «Я искал помощи Будды в повседневности, хотел иметь ясность о себе самом.»

Я возразила: «Но этого можно достигнуть, не рисуя Будду, к примеру, посредством медитации.»

Б.: «Да, разумеется! Но при рисовании тханок я изучаю много Будда-аспектов, интенсивнее углубляюсь в существенные детали. Это побуждает меня разобраться в себе самом. Кроме тоготого, это доставляет мне удовольствие!»

Именно такое отражение наших собственных способностей, с одной стороны, и осознавание наших недостатков — с другой, является глубочайшим смыслом изображений Будды. Внутри их скрывается глубокая философия. Каждая Будда-фигура, мужская ли, женская ли, имеет свои собственные, выраженные символами, свойства. Поза, число рук и ног, цвет тела, одежда, украшения и атрибуты –, все это указывает на идеал, которого добиваются посредством медитационной практики.

Е. объясняет: «Меня околдовывает ясность форм и волшебный колорит, который излучают тибетские буддийские тханки. Я и сама рисую их уже очень давно. Мне хотелось понять, какой смысл находится за этими изображениями, и я подумала, что мне удастся это лучше, если я сама научусь рисовать Будд. А когда начала рисовать, я открыла благотворное и успокаивающее действие этой деятельности. Обычно я достаточно раздражительна. Я и раньше была в контакте с учением Будды, но сама не выполняю формальные практики, рисование тханок — моя медитация.»

В процессе рисования тханок есть фазы, являющиеся чистой медитацией. К примеру, бесчисленным количеством равномерных мазков кисточкой рисуют небо на тханке, и так же, словно при повторении мантры, при этом успокаивается ум. Напротив, фаза линий требует полнейшей концентрации, такой же, которая желательна при медитации.

Г. родилась в католической семье. Она начала изучать религиозное искусство в академии художеств, по специальности «церковное убранство», потом перешла на «текстильную графику». Путешествие по Китаю пробудило у нее интерес к буддизму. Подруга дала Г. журнал, в котором была изображена тханка и напечатана статья о моем пути в искусстве.

«Я открыла родство между близкими мне религиозными изображениями и тибетскими тханками», — объясняет Г. свое решение изучать и это направление искусства. «В этих картинах был повествовательный аспект, который меня очаровал. Но о чем все-таки рассказывают тханки? Я хотела это знать!»

Л. — мой единственный ученик мужского пола. Его вклад в наше обсуждение: «Я — профессиональный художник и работаю на заказ. Один автор, чью книгу мне довелось иллюстрировать, спросил, смогу ли я нарисовать Будду. Это вдохновило и меня ближе соприкоснуться с Буддой. В буддийской группе, к которой я примкнул, меня тоже спросили, не хотел бы я нарисовать Будду. У меня не было особого желания, к тому же цветовой колорит тханок казался мне безвкусным». От одного члена группы Л. получил мой мейл и решил просто взглянуть на то, что мы делаем. «Просто» не получилось. Теперь он интенсивно рисует и скоро приступит к первой тханке.

На примере тханки Зеленой Тары (Освободительницы) я хочу показать, к каким идеалам стремится медитирующий, выбирая эту практику. Все женские Будды-формы называются «Мать всех Будд». Это значит, что они являются изначальной мудростью. Так же и Тара, помогающая из своей мудрости и сочувствия всем существам, во всех открываемых ей жизненных ситуациях.

Зеленый цвет тела показывает ее активность: она торопится на помощь, ее правая нога готова к прыжку, правая рука щедро открыта. В левой руке держит Тара синий лотос, указывающий на ее чистоту. Украшения означают, что она полностью реализовала Шесть парамит: щедрость, внимательное отношение, терпение, вдохновляющую активность, медитацию, мудрость. Ее одежды символизируют пять семейств Будды, олицетворяющих разделение на пять видов мудрости: всесовершающую , зеркальную, уравнивающую, различающую и всепронизывающую мудрость. Тара сидит на белом диске луны, покоящеимся на лотосе. Это означает, что чистота средств, которые она использует, обеспечиваются через ее мудрость.

В пещерах и на равнинах лежат драгоценности и дары, которые ей преподносят медитирующие. Это восемь символов одаренностей ума, желающих быть исполненными: зеркало — как знак полностью развившегося ума Будды, йогурт — как символ результата процесса преобразования, трава дурва — для долгой жизни, желчь вола — для укрепления и успокоения, киноварь — для действительной власти и авторитета, семена горчицы — для растворения препятствий, плоды баиля — для увеличения заслуг, и раковина в форме рога — для распространения Дхармы.

Тибетские художники по тханкам чаще всего прекращали работать в 60 лет. Так же и мой учитель почувствовал с возрастом явное ослабление сил. Здесь, на Западе, состояние здоровья глаз и твердость руки позволяет нам рисовать значительно дольше. Но приходит время, когда тело находит утомительной очень тонкую и требующую высокой концентрации работу, и тогда лучше закончить эту фазу жизни.

Я скоро приближусь к этому моменту, но меня радуют мои ученики, с усердием, концентрацией и радостью совершенствующиеся в Дхарма-живописи.

Статья взята с сайта www.buddhism.ru
Оригинал статьи на немецком языке

К началу


V. Арт-школа Церинг при монастыре Шечен в Катманду, Непал
Институт традиционного тибетского искусства при монастыре Шечен Арт-школа Церинг (Tsering Art School) была основана Шечен Рабджамом Римпоче в 1996 году, школа находится в Непале, в Катманду. Целью создания школы было сохранение традиционного буддийского искусства Гималайского региона.
Наставником новой арт-школы стал Кончок Лхадипа (Konchog Lhadrepa), мастер тханка-живописи карма-гадри из Румтека, Сикхим, приглашенный в свое время главой школы ньингма Его святейшеством Дильго Кьенце Римопче. Линия передачи этой художественной традиции происходит из Восточного Тибета и ее особенностями служат воздушные пейзажи и прозрачные тонировки.
Обучение в школе длится шесть лет, и благодаря руководству Кончок-ла уже много студентов успешно завершили обучение в Арт-школе. В самом же начале, как упоминал Кончок Лхадипа, в школе было всего 8 монахов, в 2013 году — уже 60 учеников, в том числе несколько иностранцев.  Кончок Лхадипа — автор руководства по тханка-живописи в стиле карма-гадри The Path To Liberation. Книга издана в 2005 году на тибетском языке (но планируется переиздание ее в несколько измененном виде на английском в апреле 2017-го).


Урок иконометрии


Кончок Лхадипа

Бóльшая часть студентов — это монахи, монахини, члены буддийской общины. В числе главных правил школы следующие: 1) безусловное уважение студентов к учителям и персоналу школы; 2) студентки не могут быть гёл-френдами монахам; 3) нельзя употреблять наркотики. Нарушение этих трех правил влечет безусловное отчисление. Стоимость обучения в школе 150 USD в год.
Сайт Арт-школы Церинг      На Facebook


Фильм L'école d'art Tsering
об Арт-школе Церинг (на франц.), 2008. Смотреть


Фильм El pintor de Thangkas
О чилийском художнике Диего (Diego Araya Guerra), который учится в Арт-школе Церинг (на исп., англ. титры), 2013. Смотреть

К началу


VI. Спецвыпуск журнала «Третьяковская галерея», посвященный искусству буддизма, 2015
108 Мастеров линии преемственности Дзогчен
Проект «108 тханок»

Из вступительного слова Ирины Мащицкой, издателя журнала ТГ

...Оргьен Тобгьял Ринпоче — представитель известнейшей в тибетской культуре традиции «золотая нить» или «золотая цепочка». Об инициативе, которую он задумал еще 30 лет назад, а в недавнее время приступил к ее реализации в качестве отчетливой перспективы, Оргьен Тобгьял любезно поведал в интервью специально для журнала «Третьяковская галерея».

Проект «108 Мастеров линии преемственности Дзогчен», выдвигаемый Оргьеном Тобгьялом, своей целью ставит сохранить в неприкосновенности для нас и для наших потомков классическое учение буддийской традиции, а именно линию Дзогчен, как часть общечеловеческой истории. Нам предоставлена редкая возможность приобщиться к этому проекту на его начальных стадиях. Роль Оргьена Тобгьяла Ринпоче в данном проекте трудно переоценить, ведь именно он, обладая уникальными познаниями, талантом и волей для реализации задуманного, готов передать и уже передает современным художникам свое видение образов 108 мастеров прошлого. Пятнадцать гималайских художников будут работать по сложившимся веками канонам и при непосредственном участии инициатора проекта. Эти 108 тханок призваны пополнить сокровищницу мировой культуры и искусства...
_____________
Главный художник проекта —
Калсанг Дордже — пишет в стиле карма-гадри. Калсанг Дордже родился в 1978 году в Тибете, регион Лингцанг в Кхаме. На протяжении более 18 лет учился под Туптен Лодрё, известного мастера тханка-живописи из Лингцанга. В 2004 году Калсанг Дордже приехал в Индию, где встретил Оргьена Тобгьяла Ринпоче, который признал его исключительный талант художника. В 2014 году Римпоче поручил Калсангу Дордже возглавить проект «108 тханок», после чего тот создал свою арт-студию живописи в Бире, где в настоящее время трудятся 15 художников.

Читать спецвыпуск ТГ на русском языке http://www.tg-m.ru/magazine/archive/si/art-buddhism
Сайт проекта
108thangkas.org на английском

К началу


VII. Ступа, возведённая в 1991 году Гега-ламой в тибетском поселении Лингцанг (Мандувала, Индия)
Поселение (деревня), названное в честь тибетского королевства Лингцанг, было основано тибетскими беженцами региона Кхам. Поселение беженцев расположено в деревне Мандувала, в 30 км от Дехрадуна, столицы индийского штата Уттаракханд. Численность жителей деревни невелика — всего 240 человек. Деревня известна прежде всего своими ремесленными изделиями, в частности ритуальными предметами из металла: цимбалами, светильниками, трубами ручной работы и др. В поселении имеется начальная школа (до 5-го класса), поликлиника, три монастыря.
Гега-лама был родом из тибетского региона Лингцанг, его сын Тарфен также называет себя Тарфеном Лингцангом. В 1991 году для монастыря карма-кагью в поселении Лингцанг Гега-лама спроектировал и возвёл, при участии членов своей семьи и других поселенцев, Виджая-ступу, или Намгьял чортен. Ступа была спроектирована и построена в честь почившего ламы монастыря Цабтша — Огияна Лингцанга (1933–1990), который был братом жены Гега-ламы, Ринзин Чодон.


Празднование Лосара 2014 в Лингцанге

К началу


VIII. О переизданной в 2014 году книге Гега-ламы Principles of Tibetan Art
В 2014 году сыном Гега-ламы Тарфеном Лингцангом была переиздана знаменитая книга Principles of Tibetan Art. Это уже 4-е издание книги Гега-ламы, текст только на английском языке, без тибетского, поэтому издание более компактное, чем прежние.
Капитальный труд Гега-ламы Principles of Tibetan Art издавался в 1982 году в Бельгии, в 1983 году в Даржилинге (двухтомником), а затем — почти через 30 лет — в 2011 году в Нидерландах. Вскоре, в 2014 году, книга Гега-ламы была переиздана его сыном Тарфеном. На своем сайте thangkakarmagardri.com Тарфен пишет, что предыдущее издание 2011 года (то, что с красной обложкой, при участии Freek F. Joustra) было незаконным и обошло права Тарфена; по этой причине Тарфен решил переиздать книгу сам и просит обращаться за ней исключительно к нему. Марианна ван дер Хорст-Лем в 2015 году устно подтвердила, что действительно вышла очень некрасивая история и Марианна полностью поддерживает Тарфена.

К слову сказать, Гега-ламой в с свое время была подготовлена рукопись второй книги о тханка-живописи (о технологии, красках и пр.), но опубликовать ее он не успел. Тарфен принимал участие в подготовке иллюстраций к отцовской книге. Вместе со своей супругой Лакшми Тарфен не теряет надежду на публикацию этой новой книги.

Купить книгу Гега-ламы, переизданную в 2014 году Тарфеном

К началу


IX. Вышла в свет книга Кончога Лхадипы The Art of Awakening
11 апреля 2017 года вышла в свет книга Кончога Лхад(р)ипы The Art of Awakening: A User’s Guide to Tibetan Buddhist Art and Practice (Искусство пробуждения: Руководство по тибетскому буддийскому искусству и практике). Книга 400 стр. на английском языке, ~100 иллюстраций, ее можно заказать на американском Амазоне. Посмотреть содержание книги. Бумажное издание с доставкой обойдется примерно 3 тыс. руб., время доставки в СПб заняло 10 дней.
Новая книга Кончог-ла, без преувеличения, станет настольной книгой каждого живописца — это настоящая библия тханка-живописи. Европейцы ждали ее 35 лет — со времен выхода капитального труда Гега-ламы Principles of Tibetan Art (Бельгия, 1982). Гега-лама (1931–1996) предполагал издать второй том, где освещались бы темы символизма, орнаментов, работа с цветом и пр., но, к сожалению, при жизни не успел завершить работу. В свое время предисловие к книге Гега-ламы Principles of Tibetan Art было написано Дильго Кьенце Римпоче, и, быть может, это совпадение, но в 1996 году, после ухода Гега-ламы, Шечен Рабджам Римпоче поручил ученику Дильго Кьенце — художнику Кончогу Лхадипе создать школу тханка-живописи при монастыре Шечен — с целью сохранить и развить традиционный стиль живописи гадри. Когчог-ла не только создал школу «Церинг», выпускники которой из года в год демонстрируют высокий уровень мастерства, но и подготовил уникальные учебные пособия. Многим из художников известно его «нёндро» с прорисовками для начинающих художников Sun, а также капитальное издание на тибетском The Path to Liberation (2005 г.). Новое издание 2017 года — The Art of Awakening — на английском языке и основано на предыдущем, с небольшими изменениями и дополнениями. Перевод на английский и дополнительные материалы были подготовлены ученицей Когчог-ла — австралийкой Шарлоттой Дэвис.


17 апреля 2017 г. Презентация книги в монастыре Шечен.
Слева — Шечен Римпоче, справа Кончог Лхадипа

Новая книга, в незначительных моментах отличаясь от положений Гега-ламы (разделение на 8 классов изображаемых божеств, а не на 11, как у Гега-ламы; рисунок глаз в форме лука у Тары, а не в форме «рыбки» и др.), в целом принадлежит к той же линии карма-гадри и содержит бесценные разделы, которые дополняют книгу Гега-ламы и разъясняют множество вопросов, с которыми сталкивается всякий художник-европеец. Некоторые практические темы у Гега-ламы освещены более подробно, в ней больше схем и прорисовок, но нет разделов, например, посвященных мандалам, символике цвета, приготовлению красок и многому другому, что блестяще и подробно представлено в новой книге Кончог-ла. Очень многое после прочтения его книги упорядочивается. Так, например, обводки. Мы знаем, что теплые поверхности обводятся кармином (красным), а холодные — индиго (синим), а чем обводить белый? Мы как-то спорили с коллегами и решили, что, например, белую раковину и бивни в подношениях обводим не синим и не красным, а смесью красного и синего (т.е. серовато-лиловым). А у Конгога-ла все это есть — в разделе «Линии» на стр. 264 он пишет: «Для линий используются пять цветов: синий, красный, белый, черный и золотой. Синие линии [т.е. обводки] для синего и зеленого всех оттенков, так же как для коричневого и пурпурного — тело это или одеяния. Цвет линий темнее или светлее в зависимости от основного цвета. Красные линии [обводки] делаются на красном, желтом, оранжевом всех оттенков, как на теле, так и на одеждах. Белые линии в карма-гадри используются только для бинду на вершине драгоценностей [кстати, у Гега-ламы вершины драгоценностей обычно украшены золотыми линиями — прим. Н.М.]... Белые линии не используются на воде, как в некоторых других тибетских традициях. Цвет линий [обводок] на белом может быть разным: светло красные обводки на теле людей и божеств (включая кости [костяные украшения?] и ногти), на белых цветках. Светло-синие или черные [серые] линии для белых животных, зданий, одежд, орнаментов. <...> Тела обводятся очень тонко и ровно, без выраженных khamshe (элегантный прием рисования кистью, когда линия начинается тонко, потом утолщается и сходит на нет). Для развевающихся одежд, деревьев, листьев, скал линии могут быть толще с более выраженным khamshe». Таким образом, обводку белой раковины мы теперь без сомнений делаем синим.

Кроме того, что очень важно, автор уделяет особое внимание базовым вопросам, связанным с буддийским мировоззрением. Так, на стр. 64 он пишет, что в прежние времена великих мастеров, таких как Джамгон Контрул, не было необходимости освещать общебуддийские темы в наставлениях по искусству, «Однако в наше время, время упадка буддийского учения, учителя наподобие меня — простого труженика [буквально: a mere ox, т.е. вола] — объясняют это в меру своего понимания, поскольку великое высшее искуство не может быть воспринято достаточно глубоко без этих предварительных разъяснений».

Итак, от всей души радуясь выходу в свет столь прекрасной и нужной художникам книги, хочется от всей души поблагодарить автора, его преданную помощницу и многих людей, кто участвовал в подготовке издания на английском языке. Роберт Бир в своей рецензии на книгу написал: «Я молюсь, чтобы этот шедевр чистейшей Дхармы был переведен на множество разных языков», — к его словам остается лишь добавить: «и на русский...»

_________
Кончог Лхад(р)ипа — мастер тханка-живописи карма-гадри, директор арт-школы «Церинг» при монастыре Шечен в Катманду, Непал. С 10 лет он был учеником Дильго Кхьенце Римпоче, а в возрасте 16 лет был отправлен им обучаться тханка-живописи в стиле карма-гадри к известному мастеру Лхадре Трагьелу в Румтек, Сикким. Дильго Кхьенце поручил наставнику «обучить как можно тщательнее» нового ученика. Лхадре Трагьел был строгим учителем и любимчиков не имел, но Кончог проявлял большие способности и усердие, и вскоре учитель заявил, что обучение окончено и что среди всех его учеников, как из Тибета, так и из Индии, Кончог оказался самым одаренным. А также, что, обладая столь исключительными способностями, он сможет принести пользу множеству существ. С тех пор Кончог делал работы преимущественно для Дильго Кхьенце Римпоче и других выдающихся лам. Однако бóльшая часть обширных знаний Кончога была приобретена благодаря его тесному общению с Кьенце Римпоче. Для Римпоче было написано множество работ, и он детально консультировал художника по всем вопросам. Одним из главных проектов Кончога стали настенные росписи монастыря Шечен в Непале, работа вместе с артелью художников заняла более четырех лет. Также он рисовал тханки и делал росписи в Европе в течение пяти лет под руководством Кхьенце Римпоче. В 1996 году Кончог принял участие в создании арт-школы «Церинг», где продолжает трудиться и по сей день. Трудолюбие, талант и огромный опыт Кончог-ла по праву позволяют ему называться Лхад(р)ипа (lha — божество, dri — рисовать, т.е. тот, кто рисует божеств) — выдающимся мастером тханка-живописи.

К началу


06.06.2017

© 2003–2017. Gardri